По ту сторону линии фронта

Я родился после войны. Для меня эта судьбоносная, четырёхлетняя эпопея — смертельная схватка сил добра с доселе невиданным по ужасающей мощи и жестокости злом, известна не по страницам учебника истории, а из рассказов и воспоминаний моего отца и его боевых товарищей-партизан, участвовавших в сражениях с гитлеровцами на территории Кличевского района в знаменитых Усакинских лесах.
Тема Великой Отечественной войны захватила меня во время учёбы на историческом факультете Могилевского педагогического института. С тех пор интерес к событиям той поры не отпускает.
Мой отец Мота Сахрай не любил вспоминать то трагическое время, не хотел ворошить прошлое, снова встречаться, хоть и в воспоминаниях, с пережитым ужасом, потерями близких людей. Но многое я услышал от его товарищей по оружию у нас дома.
Запечатлелись в памяти воспоминания старосты деревни Закупленне Кличевского района Семена Железнякова, который пошёл на эту должность по заданию партизанского командования. Многое рассказывали его сын Иван Семенович и Иван Силин, вместе с матерью Кристиной Силиной и сестрами прятавших у себя в доме моего отца, когда он зимой 1943 года бежал из концлагеря, расположенного в Могилеве на территории завода «Строммашина». Они спасли ему жизнь — вылечили, кормили, одевали. После выздоровления отец воевал с гитлеровцами в партизанском отряде.
Вот только один эпизод борьбы народных мстителей с фашистскими захватчиками при выполнении боевого задания группой бойцов 277-го партизанского соединения под командованием легендарного Игнатия Изоха.

…Они вышли рано утром. Вечером командир проинструктировал разведчиков, как нужно действовать при выполнении ответственного и важного задания, что особенно следует учесть во время проведения операции. Готовились к ней особенно тщательно. Прошлой ночью прилетел самолет с Большой земли. Партизаны его быстро разгрузили. Обратным рейсом отправили раненых, стариков, женщин и детей из сожженных фашистами деревень. Утром разведчикам выдали теплые полушубки, валенки, новенькие автоматы ППШ.
Группа партизан из семи человек выстроилась перед землянкой командира для инструктажа. Изох говорил медленно, четко произнося слова, словно школьный учитель на уроке. У немцев работает инженер, который помогает им восстанавливать различные коммуникации: сожженные мосты, железную дорогу и др. Задание такое — уничтожить фашистского прихвостня.
До станции Долгое следовало пройти более двадцати километров по глубокому снегу лесными тропами. Лишь кое-где на возвышенности появились первые проталины — предвестники весны. Шли на лыжах. Командир группы Шевчук принял решение ликвидировать предателя на рассвете следующего дня, в доме, где тот проживал.
— Мотик, — позвал он отца, — ты останешься с Савушкиным для прикрытия, а мы окружим хату и ликвидируем гада.
Конечная цель была уже недалеко. Паровозные гудки разрывали тишину. Партизаны подкрались к дому предателя. Слышался лай собак. Мороз крепчал и от неосторожного движения под ногами оглушительно скрипел снег, нарушая тревожную тишину ночи. Савушкин заглянул в окно. Свет от керосиновой лампы освещал комнату. За столом сидел инженер и что-то писал.
— Незачем медлить, — прошептал Шевчук.
В ту же минуту бойцы бросили в окна гранаты. Раздался сильный взрыв. Где-то заработали пулеметы, раздались автоматные очереди, послышались гортанные немецкие команды и злобный лай собак.
Отец с Савушкиным прикрывали отход партизан. Лежа в снегу, отстреливались. Когда основная группа бойцов отошла на приличное расстояние, отец и Савушкин отползли к трансформаторной будке, а затем спустились с откоса и поползли в сторону железнодорожных путей, отвечая короткими очередями на ураганный огонь наседавших гитлеровцев. Перевалившись через рельсы, стали ползком продвигаться в сторону леса. Теперь уже основная группа разведчиков, достигшая леса, стала их прикрывать огнем автоматов. До спасительных зарослей оставалось совсем немного, когда воздух прорезала очередная автоматная очередь и Савушкин, дернувшись всем телом, скатился по откосу вниз.
— Мотик! Уходи! Меня ранило. Я их задержу.
Савушкин еле говорил. Видимо ранение было серьёзное.
— Да ты что? Я тебя не оставлю. — отец, не раздумывая, бросился к товарищу. Пуля попала тому в ногу. Быстро наложив повязку, подхватил раненого под руки и потащил к лесу. Савушкин в это время, невзирая на боль, пытался отстреливаться от приближающихся карателей. Послышался визг собаки. Видимо, одна из них была ранена. Сильный пулеметный огонь задержал на некоторое время продвижение партизан. Но, нужно было спешить, так как к фашистам со стороны станции могло подойти подкрепление.
Лес уже совсем недалеко. Оттуда по немцам усилили стрельбу партизаны. Отходили всей группой вглубь леса. Савушкина уложили на самодельные носилки и двое бойцов, постоянно меняясь, несли его. Пуля прошла так, что задела кость ноги, поэтому раненого необходимо было как можно быстрее доставить в лагерь.
Задание выполнено. Не считая одного раненого, разведчики возвращались без потерь. Боевое мастерство партизан росло с каждым днем. Этим и объясняется успех операции. Привал решили сделать, не доходя примерно километра до деревни Закупленне.
Убедившись в том, что там нет немцев, двинулись к хате старосты Семена Железнякова. Партизаны знали, что он вместе с 18-летним сыном Иваном оказывает всевозможную помощь партизанам. Раненого Савушкина положили на лавку. Жена Железнякова промыла и перевязала рану. Решили немного передохнуть, а затем двигаться дальше. На столе появилась вареная картошка, сало, соленые огурцы. Хозяйка принесла откуда-то бидончик с самогоном. Семен Железняков подошел к моему отцу, обнял за плечи.
— Сахрай, ну как ты? Воюешь?
После побега из концлагеря отец прятался в этой деревне от немцев. Вся деревня знала, что семья Силиных прячет еврея, бежавшего из концлагеря, но никто не выдал его. Когда в хату к Ивану заходили немцы или полицаи, мать Ивана — Кристина Силина ложилась на край печи, где находился больной отец, закрывала его своим телом, рискуя погибнуть сама и потерять всю свою семью. Да и деревню немцы бы не пощадили.
Поправившись, отец встал в ряды народных мстителей, но никогда не забывал тех, кто спас его, кому он обязан жизнью. Находясь в отряде, он однажды услышал, что к деревне Закупленне направляются каратели, вскочил на коня и стремительно поскакал к Ивану Силину предупредить, чтобы тот уводил людей и скот в лес. И успел спасти их от гитлеровцев.
…Семен Железняков стал расспрашивать отца о партизанских буднях, о боевых операциях, в которых участвовал отец, рассказывал о зверствах фашистов в их деревне.
Вдруг послышались выстрелы. В хату забежал сын Семена — Иван.
— Быстро уходите! — закричал он. — Каратели!
Подхватив раненого, партизаны выскочили из хаты и огородами стали отходить к реке, а затем к лесу. Отстреливаясь, они перебежками продвигались в сторону мельницы, намереваясь перейти вброд речку, а там и до леса рукой подать. Но, эсэсовцы поняли замысел партизан и стали их окружать. Партизаны залегли в овраге и заняли круговую оборону.
Силы были неравные. Эсэсовцы наседали на небольшую группу партизан.
— Отходите вдоль реки, а затем к лесу — приказал Шевчук. — Мы с Сахраем прикроем. Нужно срочно доложить в отряд, что сюда направляются каратели.
Под сильным огнем противника основная группа партизан с раненым Савушкиным устремилась вдоль реки к лесу. Отец с Шевчуком прикрывали отход. Вот кто-то из бойцов громко вскрикнул, еще кто-то застонал. Но, они вырвались из-под огня немцев и скрылись в густом ельнике. Еще почти час отец с Шевчуком отстреливались от наседавших фашистов, поливая их автоматным огнем. Но патроны на исходе. И тогда, они заняли позицию среди валунов и камней, собранных с картофельного поля в кучи еще в довоенное время. Переползая от одной такой кучи к другой, прикрывая огнем друг друга, короткими очередями отец и Шевчук продолжали отстреливаться, отвлекая эсэсовцев на себя.
Будучи подростком, спустя много лет после войны, я расспрашивал отца про тот бой, о котором мне рассказывал староста Семен Железняков. Тогда он мне даже показал в деревне Закупленне то место, где находились партизаны. Я спросил у отца, было ли страшно, не боялся, что убьют? Отец тихо улыбнулся и сказал: «Кто в такие минуты думает о смерти? Слышал, как пули пролетают мимо, свистят совсем рядом, с визгом отскакивая от камней… А мысль была одна — прикрыть огнем товарища, продержаться, как можно дольше».
…Грохот выстрелов со стороны леса оказался для фашистов настолько неожиданным, что в первую минуту они даже не поняли, что произошло. Мощный огонь партизан с артиллерийской поддержкой (у них было несколько 76-и и 45-миллиметровых орудий) просто рассеял цепи карателей, разметал их по полю, и они в панике бросились врассыпную, оставляя на снегу убитых и раненых.
Наличие у партизан пушек вызвало у немцев недоумение и замешательство. А дело в том, что еще осенью 1941 года, готовясь к боям, партизаны подобрали несколько орудий, брошенных при отходе наших войск, и привели их в боевую готовность, а часть отбили у гитлеровцев в бою.
…Через месяц все партизаны группы Шевчука за выполнение боевого задания были представлены к правительственным наградам. Среди них — отец, ему вручили медаль «За отвагу».
Спустя много лет после войны, у нас дома собрались друзья — бывшие бойцы партизанского полка 277, вспомнили они и такой случай. В конце февраля 1943 года около 8 часов утра разведка обнаружила на большаке шесть фашистских лыжников, продвигавшихся к деревне Жабовка Березинского района. Несколько партизан, встав на лыжи, пошли в район деревни. Фашисты двигались вдоль шоссейной дороги, а затем свернули на Жабовку. Партизаны направились им наперерез. Они решили опередить фашистов и придерживались края оврага. Но гитлеровцы, вдруг, повернули обратно. Партизаны бросились в погоню… Когда до немцев оставалось метров 30-40, один из бойцов крикнул:
— Хальт, сволочи!
Три гитлеровца упали в снег и, повернувшись к партизанам, открыли огонь, но были уничтожены. Трое других, воспользовавшись перестрелкой и некоторым замешательством партизан, успели от них оторваться. Бойцы стали их догонять. Не прошло и получаса, как они настигли лыжников. Фашисты бросили автоматы и подняли руки. Когда их допросили, оказалось, что они получили задание разведать дорогу в местах дислокации партизанских отрядов и взять «языка».
За годы войны партизаны Кличевского соединения провели более ста значительных боевых операций: разгромили 44 немецко-полицейских гарнизона, взорвали 57 мостов, пустили под откос 75 эшелонов противника. От партизанских пуль нашли смерть около 17 тысяч гитлеровских солдат и офицеров. За самоотверженную борьбу с немецко-фашистскими оккупантами свыше 1300 воинов-партизан Кличевщины отмечены высокими наградами Родины.

Летом 1942 года, при содействии диверсионных групп, партизаны устанавливают связь с Центральным штабом партизанского движения, который находился в Москве. Вскоре на аэродроме под Кличевом народные мстители принимают первый самолет, а чуть позже у деревни Голынка начинает действовать второй партизанский аэродром. Теперь рейсы из-за линии фронта становятся регулярными. Аэродромы работают с полной нагрузкой. «Воздушный мост» между Москвой, фронтовыми базами снабжения и партизанским краем действует надежно. Вооружение стало поступать в отряд регулярно, в том числе и артиллерийское. Охраняло аэродромы партизанское соединение, насчитывающее до 2000 бойцов.
Геннадий САХРАЙ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *